• ­Свяжитесь с нами

    Если вы хотите получить больше информации, заполните эту форму. Мы свяжемся с вами в ближайшее время.
    Пожалуйста, заполните все обязательные поля.
    Отправляя эту форму, вы принимаете нашу политику конфиденциальности.

powered ByGiro.com

analogovoetv1-glavnay
CifrTv1_Glavnay

Проголосуйте за канал Какие каналы Вам интересны?

Украинский продакшн создал анимацию по балладе Тараса Шевченко  

   
Кинокомпания «Магика-фильм» представила Госкино готовый анимационный фильм «Помешанная» («Причинна») по одноименному произведению Тараса Шевченко.

Как сообщает пресс-служба Госкино,«Помешанная» — это фильм-пение, в котором традиционная анимация экспериментально сочетается с нестандартными приемами видео-арта и звуко- и видеоинсталляций.

Авторы анимации пытаются донести зрителю идею, что любовь не терпит насилия и жестокости и способна преодолеть даже смерть. "Умереть для влюбленных является лучшим выбором, чем жить с войной в сердце: лучше стать Явором и Калиной и не видеть человеческого бытия, но быть вместе в природной тишине. Благодаря народным песням фильм получил необычайную глубину чувств, простоту и реалистичность", — рассказывают в ведомстве.

По мнению главы ГоскиноФилиппа Ильенко, лента имеет большой потенциал для представления на кинофестивалях, телеканалах и художественных и культурных мероприятиях.

Напомним, анимация «Помешанная» («Причинна») режиссера и автора сценария Андрея Щербака является одним из победителей Восьмого питчинга Госкино. Она получила 100%-ое госфинансирование в размере более 4,3 млн грн.

23 марта Верховная рада приняла в целом законопроект № 3081-д о государственной поддержке кинематографа с внесенными президентом правками. Президент подписал закон в апреле.

 

 

Мусаева, Станко, Ткач и Гузь — как журналисты защищают правду  

   
Во время конференции для журналистов-расследователей Mezhyhirya Fest 2017 журналисты и главные редакторы изданий «Украинская правда», «Громадське», «Радио Свобода» и 5692.com.ua поделились своими историями о защите от ньюсмейкеров.
 

 

Севгиль Мусаева, главный редактор издания «Украинская правда» 

У меня показательный кейс, которому в октябре 2017 будет уже два года. История связана с нашим с Андреем Самофаловым расследованием по государственной компании, которая закупает урановый концентрат. В своем расследовании мы доказали типичную коррупционную схему, когда только на одной из схем поставки ядерного топлива на украинское госпредприятие австрийская компания-посредник смогла заработать около 770 млн гривен.

Мы доказали и то, что компания-посредник связана с Николаем Мартыненко – тогдашним нардепом, председателем парламентского комитета по вопросам ТЭК и одним из ближайших соратников уже бывшего премьер-министра Арсения Яценюка.

Мартыненко тогда был в поле зрения украинских СМИ. Он говорил, что УП – это агенты Кремля, а меня лично оскорблял. Он был тем, кто придумал миф о том, что УП контролируется Константином Григоришиным. И вот, в ответ на антикоррупционное расследование все окружение Мартыненко говорит лишь о связи редакции с Григоришиным.

Когда мы расследовали эту тему, то параллельно начали расследование о злоупотреблениях команды и окружения президента Петра Порошенко на Одесском припортовом заводе. В то время мы заметили, что нашу почту читают и, собственно, тогда мы впервые заявили о давлении. Я лично получала не очень приятные сообщения от народных депутатов и окружения Николая Мартыненко, а также угрозы, что если мы не остановимся, у нас будут проблемы.

В конце концов Мартыненко был вынужден уйти со своего поста, а наше расследование стало доказательной базой в расследовании НАБУ. Но атаки на нас, а также на депутата и бывшего журналиста УП Сергея Лещенко продолжались. За нами всеми постоянно и комплексно следили. И лучшим финалом этой истории мог бы стать судебный процесс.

Журналистика – это зеркало общества. Общество травмировано войной. Появилась самоцензура, и ты действительно взвешиваешь, что можно, а что нельзя рассказывать. Мы недавно опубликовали материал о сексуальном насилии на Донбассе. Это важная тема и я на нее согласилась, но реакция общества была очень негативной.

Мы показывали насилие с обеих сторон, ведь наша задача стоять на защите прав человека. И нас шокировало, что нам начали писать о том, что мы хотим сорвать безвиз, что это российская провокация. Общество не готово воспринимать эту информацию и блокирует ее. Но еще хуже, когда тебя начинают в соцсетях уничтожать и обвинять бывшие журналисты, говорить, что писать надо по-другому.

Я очень благодарна коллегам за то, что нам удалось поднять интерес к расследованию убийства Павла Шеремета после выхода фильма. В ходе пресс-конференции президента Петра Порошенко журналисты спрашивали его о расследовании. Но нашлись коллеги, раскритиковавшие нашу работу. Журналист «5 канала» сказал, что мы решали личные проблемы и не думали о читателях, которые должны были получить совсем другую информацию после пресс-конференции.

Мне было странно слышать это от журналиста президентского канала. Я думала, эта тема нас всех объединит, но нет. И это проблема нынешнего времени, общества в целом. И сейчас нам уже надо объединяться вокруг ценностей о том, чем является украинская журналистика, потому что вокруг идеи сплотиться уже не получается.

 

Михаил Ткач, журналист-расследователь программы «Схемы» на «Радио Свобода»

Это история о том, как я доказывал, что не слежу за депутатом фракции БПП Александром Грановским. Грановского долгое время называли куратором силовых структур. Доказать это было сложно. Год назад я взялся за расследованию этой темы, чтобы показать, как он проводит встречи с силовиками.

Это был ресторан в одном из торговых центров и Грановский проводил там встречи в отдельном месте. Наш оператор туда зашел и начал снимать встречу на мобильный телефон. Так мы обнаружили, что Александра Грановского охраняет СБУ, ведь сотрудники этой структуры подошли к нашему оператору и начали допытываться о его намерениях и хотели отнять у него удостоверение. Мы не дали этого сделать.

В тот же день в своем Facebook Грановский написал пост о том, что за ним давно и настойчиво следят, его телефон прослушивают, работает серьезная структура и он ко всем неравнодушным обращается за помощью. Эти тезисы Грановского подхватили ЛОМы и блогеры, которым за это платят, они начали говорить, что мы прослушиваем людей и так далее. А мы до этого публиковали разговоры Коломойского, поэтому эти тезисы легко разлетелись.

Мы же в ответ объяснили, что это публичное место, и Грановский встречался в ресторане не с семьей, а с публичными лицами, и поэтому мы вправе это снимать. Однако заголовки СМИ были следующие: «Стало известно, кто следит за депутатом Грановским». Грановский хотел через суд запретить публикацию материала. Но потом он отказался от идеи и материал вышел. Общественная значимость доказала, что мы не делали ничего незаконного.

Однажды я решил исследовать состояние СБУшников по их автомобилям, потому что информация о них закрыта. Нас начали обвинять, что сейчас война, этих людей убьют за то, что мы показываем их лица. Но надо понимать, что часто такие структуры, как СБУ прикрываются темой войны, чтобы избежать ответственности и огласки. Не нужно избегать этих тем только из-за боязни, что в стране война.

 

Анастасия Станко, журналист «Громадського» и редактор «Громадське.Схід» 

Нашей истории год. Это был обычный военный репортаж, и мы не знали, что так случится. Это было 6 июля 2016 в промзоне Авдеевки. Мы как обычно договорились с командующим ВДВ о том, чтобы приехать. Мы также познакомились с Юлией Полухиной из «Новой Газеты» и договорились, что нас вместе проведут в горячую точку к военным.

Мы провели с военными сутки. И потом люди, которые нам помогали, двое военных, погибли. Один из них был ранен при нас. Что случилось потом, я до сих пор не могу понять. Мы договорились, что репортаж выйдет через сутки после событий – командир мотивировал это тем, что военным надо поменять позиции. Мы согласились и даже хотели показать отснятый материал командиру. Но он не захотел его пересматривать.

Юлия Полухина дала свой репортаж вечером 7 июля, а мы только 8 июля в 5 утра все смонтировали и отправили командованию. И началось что-то невероятное: нас начали обвинять в том, что мы привезли шпионка, что мы были корректировщиками огня. И это было морально тяжело, потому что мы до этого пережили эмоционально сложную ситуацию и тем более мы никому не говорили, что Юлия наша журналистка.

После этого мы отправили свой репортаж на проверку в Минобороны и особых замечаний к нему там не было. Но были тысячи постов всевозможных ботов и ЛОМов о том, как мы не правы, мы не успевали на это отвечать. Для меня эта ситуация была дикая, потому что мне звонили солдаты, с которыми я была хорошо знакома, и спрашивали "как я так могла поступить и корректировать огонь". Мне было морально тяжело это слышать. Перед нами до сих пор не извинились.

Каждый день тебя ставят перед выбором. Люди искренне считают, что нельзя критиковать армию и министерство и говорить на эту тему надо после войны. Но никто не знает, когда она закончится, и говорить нужно сейчас.

Всего за 12 лет моей работы в журналистике я могу сказать, что хуже, чем сейчас не было. Когда мы были в оппозиции, трудно было работать с властью. Но сейчас твои коллеги могут от тебя отворачиваться и тебя обвинять. Твои друзья-журналисты не поддерживают тебя.

Это серьезная проблема, что не чувствуешь поддержки и нет профессиональной площадки. Ты делаешь расследования, а вроде бы профессиональное издание о медиа обвиняет тебя и предлагает отдавать на проверку в силовые структуры факты из него перед публикацией.

 

Сергtй Гузь, главный редактор каменского издания «Город 5692» 

У меня история с поджогами и угрозами. В 4 утра подожгли мою машину. Я вышел во двор, пожарных не было, на улице минус двадцать, подходить нельзя, потому что может взорваться. Что делать? Я начал снимать. Но за это меня обвинили в том, что это я сам поджег машину, потому что не паниковал, не матерился, а спокойно все снимал. Но у меня было состояние шока: я не думал, что это со мной произойдет, и у меня включились журналистские рефлексы.

Затем жгли типографию, начались другие проявления нападений. Первыми позвонили два политика (один из них мэр) и сказали: "Сергей, ты только не подумай, что это я. Это не я". Но я знал, кто это, но доказать этого не могу. В этой ситуации ты понимаешь, кто вероятно является заказчиком, но ты сталкиваешься с двумя видами угроз: физической (я с охраной который месяц езжу), плюс ты волнуешься за близких, родных.

С другой стороны – это давление на редакционную политику, и ты понимаешь, что ты ее должен защищать от самого себя, потому что есть большой соблазн ответить на все угрозы. Но в данном случае нас могут обвинить в том, что мы сводим счеты с политиками. Наблюдать за этим интересно, но быть внутри событий – вообще нисколько, и это неприятно. Ты сталкиваешься с угрозами, что тебе отрежут голову.

Сейчас наша работа – показать, что журналистика может быть профессиональной и классной и в этих регионах, заставить властные элиты перевести конфликты в юридическую плоскость. Пока, к сожалению, я вижу в своем городе, что значительное количество политических элит не готово к диалогу. Они готовы только к методам 90-х годов.

В своем опыте я сделал ставку на солидарность журналистов. Просто поставьте «лайк», дайте пару слов поддержки. Это очень важно, в такие моменты ты понимаешь, что ты не один. Но важно проявлять солидарность организованно, а не индивидуально. Поверьте, такая солидарность – холодный душ для тех, кто нападает, особенно, когда тебя поддерживают международные структуры.

Для людей это сигнал, что если серьезные журналисты, организации выражают вам поддержку, значит, вы правы. Это реальность, в которой мы живем. И если мы раньше в 2004 году собирались и думали, как защищаться от темников, то сейчас мы должны тоже думать, как защищаться от политиков, которые пытаются нас дискредитировать..

 

 

Комитет свободы слова зарегистрировал проект изменений в закон о реформировании печатных СМИ  

  8 июня, члены парламентского комитета свободы слова зарегистрировали проект закона №6560 «О реформировании государственных и коммунальных печатных средств массовой информации» относительно усовершенствования механизма реформирования печатных СМИ.

Авторами законопроекта являются Виктория Сюмар, Ольга Червакова, Александр Сочка, Богдан Онуфрик, Григорий Шверк, Владислав Севрюков, Елена Кондратюк, Александр Опанасенко и Федор Бендюженко (все - члены Комитета свободы слова).

Согласно документу, предусматривается внесение изменений в ряд статей, а именно по выделению редакций из средств массовой информации (поскольку некоторые редакции действуют как структурные подразделения). Их соответственно нельзя реорганизовать или изменить состав их учредителей. Зато выделение предусматривает создание отдельного юридического лица в том числе на основании решения суда, пишет "Детектор медиа". 

Изменения касаются и предоставления возможности начать реформирование тем редакциям, которые не успели это сделать в 2016 году. Также законопроект вносит возможность изменения срока для заключения соглашения об изменении состава учредителей печатного СМИ (без такого соглашения невозможно завершить процесс реформирования).

Фото: VoxUkraine 

 

 

Геращенко: между подрывом авто Шеремета и полковника СБУ в Мариуполе может быть связь  

   
Народный депутат, советник министра внутренних дел Антон Геращенко сообщил, что женщина, которая заминировала автомобиль полковника Службы безопасности Украины Александра Хараберюша в Мариуполе, похожая на ту, которая заложила бомбу под машину 

журналиста Павла Шеремета в Киеве.

Об этом пишет УНИАН.

"Мы знаем, что есть очень интересная деталь: бомбу под машину Александра Хараберюша закладывала женщина. Ее видно на видеозаписях. Женщина очень похожа на ту, которая закладывала бомбу под машину Павла Шеремета", - сказал депутат.

Неизвестные взорвали автомобиль, в котором находился полковник Хараберюш 31 марта в Мариуполе. От полученных многочисленных травм он скончался в автомобиле скорой помощи. Прокуратура квалифицировала подрыв автомобиля как террористический акт.

Напомним, в июле прошлого года на углу улиц Богдана Хмельницкого и Ивана Франко, напротив ресторана «МакДональдс», взорвался автомобиль, в котором ехал на работу на «Радио Вести» известный журналист Павел Шеремет. Журналист погиб на месте. 

 

 

В новом сезоне «Игры престолов» сожгут рекордное количество людей  

   
Съемочная группа сериала «Игра престолов» утверждает, что побила рекорд по количеству горящих каскадеров.

Об этом сообщает Entertainment Weekly.

Согласно сюжету сериала, на людей нападают 

драконы, которые дышат огнем.

По словам продюсера и сценариста проекта Дэвида Бениоффа, во время съемок седьмого сезона в одной из сцен команда подожгла 73 каскадеров. Также в сериале будет сцена, в которой одновременно будут гореть 20 человек. Дэвид Бениофф рассказал, что куратор каскадеров Роули Ерлем очень хотел попасть за эту сцену в Книгу рекордов Гиннесса.

Напомним, премьера нового, седьмого, сезона сериала «Игра престолов» состоится 16 июля. Телеканал HBO выложил в сеть трейлер седьмого сезона сериала. В нем есть и несколько сцен с драконами.

Ранее сообщалось, что финальный, восьмой сезон сериала может выйти позже, чем планировалось.

 

 

Изображения по вертикали




Tex1

Какие тематические каналы Вам интересны?